Deutsch
3526 просмотров
патриот
novenkay
15.04.11 10:54  Заметки Радуловой. Часть 9
Всему голова
Почему с хлебом нельзя обращаться неуважительно, а с мужем можно?
"Мой муж иногда не доедает хлеб,— пожаловалась в моем блоге женщина.— Уже много лет борюсь с этим!" Даму охотно поддержали: "Да, меня это тоже бесит!", "Какой кошмар!", "Разделяю негодование! Мой тоже, бывает, оставляет малюсенький кусочек. Ору, пока не съест". Я попробовала уточнить: "А что случится, если он выбросит этот кусочек или оставит на потом? Мир рухнет?", но на меня накинулись с такой яростью: "Да как ты смеешь, сволочь! Это же хлеб!", что пришлось самых резвых, использующих ненормативную лексику, удалить с поля боя.
Но все же хотелось мне разобраться в этом хлебном неврозе спокойно и вдумчиво. Комментарии из серии "блокадный Ленинград", "дети в Африке голодают" и "люди ночами недосыпали, чтобы с любовью вырастить пшеницу" я отмела за их явной нелогичностью. Мы живем не в блокаде, зачем же разрушать свою и чужую психику иррациональными страхами? И если муж, давясь, все же доест свою пайку, это разве спасет хоть одного голодающего африканца или застрахует Краснодарский край от неурожая? Если ты так хочешь помочь планете, то, во-первых, делай это не за чужой счет, а во-вторых, повесь за окном кормушку и высыпай туда сухари и хлебные крошки, пожертвуй деньги благотворительному фонду, накорми голодного бомжа у Курского вокзала, начни штопать свои колготки — на их производство расходуется куда больше природных ресурсов, энергии и человеческого труда, чем на корочку хлеба. В конце концов, перестань следить за модой, носи свой пуховик до пенсии — так ты позволишь трудолюбивым китайцам спать по ночам и ослабишь негативное влияние промышленности на мировую экологию.
Но нет. Женщине не нужны способы решения ее проблемы. Она прекрасно знает и про птичьи кормушки, и про то, как делать сухари. Ее просто бесит, что муж не доедает. И все. Логики тут нет, поэтому она и не может внятно объяснить причину своего дискомфорта. Просто ей когда-то мама внушила, что хлеб нельзя оставлять, и она смирилась с этим табу, более того — цербером теперь кидается на тех, кто позволяет себе быть свободным от этого правила. Критически подходить к родительским запретам, задавать хотя бы себе самой вопрос "А то что?" эта женщина не рискнула даже в зрелом возрасте. В итоге остается только гадать, что ее подсознанию досталось по наследству от предыдущих поколений, что она приняла как должное — то ли средневековой ужас перед голодом, то ли традицию обожествлять хлеб, то ли стремление к насилию над домашними, то ли матриархальные замашки, то ли поведение из серии "Слушайся старших и не думай зачем".
Эта история с хлебом — всего лишь типичный пример того, как сильны в нас бывают родительские установки. Как эта женщина с ее криком: "Доедай, иначе я не знаю, что с тобой сделаю!", мы порой готовы ради этих сомнительных установок идти по головам, жертвовать своим душевным благополучием и даже теми, кого любим. Мы не всегда осознаем то, что в нас вбили с детства — все эти "Хлеб всему голова", "Мальчики не плачут", "Незамужняя — это неприлично", "Хоть плохонький, да мой", "Мужик должен...", "Женщина должна..." Не осознаем, но упорно придерживаемся этих правил. И злимся, когда другие позволяют себе их нарушать. ©
#1 
патриот
novenkay
15.04.11 10:56 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 10:54
Уравновесить измену
«Сохранять баланс – наша собственная забота, – сказала недавно Сандра Баллок, которая пережила предательство мужа. – Для меня это был развод. Только он уравновешивает измену. Это не месть. Просто финал».
Душевное равновесие, этот самый жизненный баланс – как много женщин отказываются его сохранять. У скольких не хватает храбрости «уравновесить измену», как это сделала Сандра. Ведь что бы там ни говорили об измене – будто это ничего более, чем проникновение одного полового органа в другой, – история и опыт человечества доказывают обратное. Измена – это сокрушительный удар по отношениям. Это крах доверия. Это боль. Всегда так было и так будет.
Почему я говорю только о женщинах, которые, потеряв равновесие от этого удара, не пытаются даже встать? Просто потому, что мне больше известны именно женские истории: я подруга, я сестра, я, в конце концов, сама женщина. И я знала только одного мужчину, которому изменяла супруга, и он терпел это. Либо мужчины больше себя уважают и поэтому довольно быстро прекращают это мучение: «С меня хватит!» – либо они более скрытны и мало кому рассказывают о своих проблемах.
Что касается того парня-страдальца, то он был человек верующий, православный и посему с кротостью принимающий любое унижение в принципе. Когда его жена уезжала по ночам к любовнику, он просто вздыхал: «Это мой крест. Я должен сохранить семью. Я буду ждать». И ждал, изнывая и мучаясь, пока благоверная металась от него, такого для нее скучного и пресного, к обворожительному красавцу. Потом она все же сделала выбор в пользу красавца и подала на развод – спасибо хоть, что это произошло относительно быстро, крест ее мужу не пришлось тянуть до пенсии.
А вот многие женщины терпят измены годами. Некоторые – всю свою замужнюю жизнь. Зачем, ради чего – это всегда было для меня загадкой. Хотя, надо признать, их замужний статус обычно – чистая формальность. Да, они изображают видимость семьи, но, не в силах терпеть боль постоянно, довольно быстро дистанцируются от мужа. Как сказала мне одна такая тетечка: «Он сам по себе, я сама по себе, живем вместе ради детей, чтобы никто не посмел мне бросить вслед: «Да кому она нужна, разведенка».
Но и не про таких женщин речь. Я о других. О тех, кто привязан к своему любимому. О тех, кому измена – как по живому. С одной такой девушкой я сейчас общаюсь. Ее бойфренд закрутил роман с 18-летней студенткой, пока эта девушка, Люба, на месяц уехала в другой город, чтобы ухаживать за прихворавшей мамой. Когда измена вскрылась, это стало для Любы сильнейшим ударом: «Мы же общались почти каждый день по скайпу, он продолжал говорить мне о любви, и я говорила ему, как люблю, я доверяла ему все свои тайны, мы рассказывали друг другу о своих страхах, мечтах, снах, о своих детских воспоминаниях. И вдруг я узнаю, что он все это время строил другие отношения...»
Парень даже на какое-то время уехал жить к своей студентке, но потом все же вернулся к Любе. Они почти не обсуждали и не обсуждают случившееся, так как он начинает злиться, как только об этом заходит разговор. «Я же вернулся, я попросил прощения, что тебе еще нужно? – кричит он. – Хватит выносить мне мозг». Поэтому то, что Люба не может сказать ему, она говорит мне: «Боль не уходит. Мысли о том, что произошло, все время мучают меня, и я не знаю, как мне справиться. Я больше не верю ему. Не могу ему больше доверять. Словно что-то сломалось. Навсегда и безвозвратно. Понимаешь?»
Я понимаю. У меня самой так было. Я тоже пыталась осознать факт измены, тоже согласилась «начать заново», будто ничего не было. Два месяца этой новой жизни я существовала, как тот мультяшный герой, у которого не осталось под ногами опоры, но он продолжает какое-то время молотить конечностями в воздухе, прежде чем рухнуть в пропасть. Но отсутствие равновесия так измучило меня, так расшатало мою нервную систему, что пришлось сдаться: «Я больше так не могу, извини. Нам надо расстаться».
Это действительно не была месть, не было никакого злорадства и даже, по-моему, уже и от обиды ничего не осталось. Я простила, мы по-человечески как-то расстались. И когда это произошло – словно почва под моими ногами снова появилась. Я так явственно помню это чувство, будто я наконец сделала то, что должна была сделать – по всем законам мироздания. Измена была уравновешена, и я снова обрела душевный покой. Исчезла эта внутренняя трясучка, прошли болезненные ощущения какой-то неопределенности, незавершенности, неправильности, тревоги, которые так меня изматывали. Да, в мире что-то явно пришло в правильное положение.
Я не знаю, завершатся ли отношения Любы с ее возлюбленным так же. Но пока я вижу, что она абсолютно дезориентирована. О равновесии речь даже не идет, она не просто упала, она растоптана. Возможно, чтобы спасти себя, Люба просто отползет в сторону. Станет жить в одном доме с тем, кого всегда будет воспринимать как предателя, который в любой момент может ей дать под дых. А может, и сам парень вдруг поймет, что о проблеме надо говорить, и попытается восстановить то, что было...
Нет, все же не могу я закончить эту колонку оптимистической мурой из серии «он ей изменил, но она простила, и они стали жить счастливо». Потому что не верю я в это. Не в то, что можно простить, – прощать нужно, в первую очередь ради себя, чтобы не жить дальше с горечью непрощения. Не верю я, что после такого можно жить счастливо вместе. Ну не верю.
Как не верит Сандра, которая до сих пор с большой теплотой отзывается о своем бывшем муже, но остается женщиной, которая сразу и бесповоротно отказалась от совместного будущего с ним, когда вскрылись его ложь и обман. Как не верит Ева Лонгория, которая признает, что все еще не может без слез говорить о своем разводе, но остается той, которая подала на этот развод немедленно после измены супруга.
Мы можем оставаться благодарными своим бывшим мужьям и бойфрендам за все хорошее, что у нас было, за все то чудесное время, что мы провели вместе. Но если тот, кому ты верила всем сердцем, сбивает тебя с ног, я уверена, надо найти в себе силы, чтобы встать и уйти. Как можно дальше от опасности. Это не месть. Просто закономерный финал. ©
#2 
патриот
novenkay
15.04.11 10:59 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 10:54
Только девушки
12 декабря 2008
Я ни разу не работала в «чисто мужском» коллективе – с моим приходом он таковым переставал быть. Но догадываюсь, что атмосфера там, где каждый из самцов хочет стать доминантным, не особо расслабляющая.
С женщинами как-то спокойнее. Но кто сказал, что лучше? Мне было девятнадцать лет, когда я познала все прелести работы в женском коллективе. Целое лето провела я в душном офисе, переполненном Настеньками, Шурочками и Марьвасильевнами, – в террариуме, как называл его мой неполиткорректный бойфред. Бойфренду хотелось думать, что барышни, которых собрали в одном помещении, целыми днями сплетничают, строят друг дружке козни и обсуждают мужиков. В принципе, кое в чем он был прав. Мужиков мы обсуждали постоянно.
«А мой-то!» – раздавалось каждое утро. После этого позывного полагалось отложить все дела и слушать очередную историю о Костике, который забыл зонт и промок, дурак, до нитки; о Сереже, который задолбал своей ревностью; о Марате Кузьмиче, у которого на пятке сухая мозоль, а чем ее, мозоль эту, вывести – непонятно. Мы знали о мужчинах наших сотрудниц все: кто они по гороскопу, какое пиво любят и как ведут себя во время оргазма. Когда Марат Кузьмич заезжал за женой, то секретарша могла запросто ему выдать: «Здрасте. Как ваш запор?» – или что-нибудь еще не менее воодушевляющее.
Рассказы «Как я рожала» шли вторым пунктом в хит-параде офисных переговоров. «Кровища хлещет, – вступала начальница отдела. – Разрывы, акушерка орет. Ну война, бабоньки, Вторая мировая!» Подчиненные не отставали: «У меня схватки двенадцать часов длились… Что? Раньше я говорила, что три часа? Ой, вы что-то путаете. Двенадцать, я вам говорю. В восемь начала, в пять закончила».
Затем начиналась расшифровка снов. На предположения типа «Какашки – это к деньгам» и «Если снятся три свечи, значит, тебя ждет встреча с незнакомцем в шляпе» тратилось около часа.
Не служба, а дружба – вот было главное правило нашего коллектива. Коллеги мои, в отличие от мужчин, не шагали по головам и не отличались особой амбициозностью. Зато страстно, самозабвенно общались, поддерживали друг друга и делились самыми интимными секретами, словно им дали производственную задачу подружиться любой ценой. Офис напоминал закрытый женский клуб.
Интенсивного общения в рабочее время, видимо, было мало, поэтому дамы никак не могли расстаться и на выходных: ходили гурьбой в кафе, устраивали пикники, выезды с детьми в зоопарк, постоянно перезванивались и вместе отмечали праздники. Конечно, мне хотелось наладить со всеми хорошие отношения, но, честно говоря, я не была готова тратить так много времени и сил на бесконечные чаепития с пирожками по рецепту Иры Николаевны, поиск женихов для Анюты и коллективную покраску забора на даче у Гали-маленькой. Однако игнорировать эти мероприятия не получалось – все сразу начинали косо на меня поглядывать: «Брезгуешь нами, что ли?». Не рассказывать о личной жизни я тоже не могла – фраза «Слушайте, давайте работать, а не болтать» воспринималась как предательство интересов фирмы.
Сейчас-то я понимаю, что женщинам так важны любые человеческие отношения, что многие из них относятся к своим коллегам с той же эмоциональной отдачей, как и, например, к своим домашним. Членам такого уютного производственного гнездышка трудно рассчитывать на определенную автономность – остальные «родственницы» их могут просто не понять.
Что же делать, если тебе буквально навязывают психологическое сожительство? Можно, конечно, ограничить общение с коллегами фразами «Доброе утро!», «Откроем окно?» и «До свидания!» Но сожрут ведь. А породниться со всем офисом – тоже вариант не для всех. Поэтому я постоянно балансировала, как Коломбина под куполом цирка. Внимательно слушала отчеты о здоровье Кузьмича, зато от пикников отказывалась. Но женское во мне все же взяло верх – нашла я себе в этом товариществе подружку по душе и охотно болтала потом только с ней.
Но тут выползла другая проблема – обиды. Возможно, я ошибаюсь, но почему-то мне кажется, что мужчины спокойнее относятся к замечаниям начальника. Или они ловко подавляют свои эмоции. А вот многие женщины – и я не исключение! – любую, даже конструктивную критику воспринимают как личное оскорбление. Каждую неделю у нас кто-нибудь рыдал в туалете: «Она так резко со мной разговаривала, девочки-и-ии… Она сказала, что мой отчет надо доделать. Так жестоко она это произнесла-а-ааа!»
Я сама пару раз за лето «взрыднула» под сушилкой для рук. Почему-то мне казалось, что раз начальница так сухо со мной поговорила, значит, она меня ненавидит, вообще, меня весь коллектив терпеть не может, включая уборщицу тетю Клаву. Что примечательно – женщины тут же прибегали меня утешать, и тетя Клава была первой: «Вот платок. Дуй! Дуй носом!» Потом, уже в коллективах смешанных, я тоже по привычке какое-то время обижалась на каждый косой взгляд. Но там мои обиды никто не замечал, и рано или поздно приходилось всех великодушно прощать.
А еще в женском коллективе я здорово развила дедуктивные способности – то, что мужчины обычно принимают за женскую интуицию. Мы интересовались главным образом теми вещами, которые не имели к нам ни малейшего отношения: почему грустит шефиня, что думает об этом главный бухгалтер, не явился ли причиной их беспокойства пакет, который принесли утром…
Это было прекрасное и невыносимое лето. Моя первая работа. Я поняла, что в женском коллективе не обязательно первым делом доказывать свой профессионализм, главное – вызвать личную симпатию сотрудниц.
Я поняла, что каждую женщину, вне зависимости от возраста, искренне интересуют люди и она потратит уйму времени, чтобы понять их поступки и даже предполагаемые мотивы, которыми они руководствовались, прежде чем что-то совершить или произнести.
Я поняла, что если женщинам запретить разговаривать на работе, то производительность труда рухнет до нулевой отметки. Что конфликты наши больше эмоциональные, чем производственные. Что если офис разделится на две группировки, то сохранить нейтралитет не получится – от тебя обязательно потребуют определиться, на чьей ты стороне.
Я поняла, что слушать о поведении чужих мужчин в постели обязательно, но комментировать нельзя – иначе Марьиванна решит, что ты имеешь виды на Кузьмича. А доступ к ее мужу запрещен. И это, конечно, сильный удар, учитывая твою слабость к седовласым дядечкам в потертых вельветовых костюмах. Придется собрать волю в кулак и забыть о мужчине своей мечты навсегда.
Но также я выяснила, что в женском коллективе не стыдно, если чего-то не знаешь, просить помощи – никто не воспримет это как твою слабость. Что там возможно найти настоящих подруг. Что кофе там готовит не низший член иерархии, а тот, кому это в данный момент удобнее. Что извиняться – не позорно. Что все эти специфические женские способности: наблюдательность, общительность, эффективная работа в коллективе, терпение, умение идти на компромиссы, не чувствуя при этом себя ущемленной, – могут в итоге приносить предприятию ощутимые выгоды. Особенно во время мирового экономического кризиса.
И женщины, кстати, всегда верят в лучшее и подбадривают других. Вот мне вчера снился лук. Это значит, что скоро все будет хорошо. Особенно с экономикой. ©
#3 
патриот
novenkay
15.04.11 11:08 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 10:54
Это я!
Пришло мне письмо от мужчины, который сокрушается из-за того, что два года назад некрасиво расстался с любимой женщиной — попросту слинял. За два года он успел снова влюбиться, жениться и родить ребенка. Но одна моя статья якобы разбередила в нем давно забытые чувства, и он вдруг начал страдать, писать песни и даже плакать: "Ах, как я мог разбить сердце такой прекрасной девушке!" Понятное дело, все эти его страдания происходят на фоне криков младенца, грязных подгузников и измученной жены. "Не совершил ли я тогда ошибку?" — задается вопросом новоявленный отец и пишет письмо не только мне, но и своей бывшей: "Сможешь ли ты меня простить?"
Не знаю, что ответила парню его экс-возлюбленная. Но одна фраза в его письме меня рассмешила: "Наверное, она тоже плачет и тоскует по мне". Ну и самомнение! Гражданин почти уверен, что все эти годы, пока он там устраивал свою жизнь, брошенная девушка провела в печали и ожидании хоть какой-нибудь весточки от него. Он искренне рассчитывает на то, что после разрыва с ним она так и не смогла оправиться! Мне бы такую самооценку.
Другой мой знакомый тоже абсолютно серьезно сообщил, что если и готов с кем возобновить отношения, то с Верочкой — эта дама ему надоела еще три года назад. "Мне стало скучно, и я начал потихоньку, что называется, соскакивать: реже звонил, реже приезжал, забивал на нее, короче. Она все это поняла и отреагировала очень достойно. Без скандалов и истерик сама предложила расстаться. Меня это приятно удивило: надо же, какой у Верочки сильный характер. Я запомнил этот ее поступок и, пожалуй, закручу с ней роман еще разок как-нибудь".
Он закрутит! Тут уж я не сдержалась и ответила: "Не допускаешь ли ты мысли, что Верочка и сама была рада с тобой расстаться? Или способен ты хотя бы предположить, что за три года она уже давно тебя простила, отпустила и забыла?" Но мой знакомый на это оказался не способен. Он вытаращил глаза: "Что ты такое говоришь? Она так меня любила!" Я рассмеялась, он совсем меня обезоружил.
Наверное, у каждой женщины имеется в запасе такая история — когда на пороге вдруг появляется бывший муж или любовник: "Привет!" Или звонит ночью: "Это я!" И ты сначала долго пытаешься сообразить, кто это такой, а потом — что ему нужно. Не то чтобы ты совсем забыла его голос или его лицо. Но сам этот персонаж для тебя давным-давно стал таким преданьем старины глубокой, что ты даже не уверена, существовал ли он вообще в реальности. И тут — "Привет!" Похоже, это такое мужское хобби — время от времени возвращаться в прошлое. Не знаю зачем. Скорее всего, парни начинают листать адресную книгу, когда им становится некомфортно в отношениях или когда они одиноки. Их озаряет: "Была же одна, которая меня любила! Как там ее... Пойду к ней, пусть приголубит". Они рассчитывают на то, что мы их ждем. Откуда такая уверенность — тут у меня даже предположений нет.
Но мы не ждем. Женщина с нормальной психикой за два года, прошедших после расставания, успевает закрыть для себя неудачную любовную историю. Причем навсегда. Мы не оставляем для себя лазеек — если что, вернусь к Пете. Потому что точно знаем — Петя не ждет. Никто никого не ждет, разве лишь в стихах и в палатах психбольниц. Жизнь одна, и только собака может тратить ее на ожидание того, кому до нее нет дела. ©
#4 
патриот
novenkay
15.04.11 11:10 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 10:54
Если бы, папа…
Пришло мне письмо от женщины, которая не знала своего отца: еще в ее младенчестве он из семьи, как она пишет, самоустранился, оставив дочке на память только фамилию и отчество. 40 лет о нем не было ни слуху, ни духу.
Но несколько лет назад умерла мама этой женщины, и почти в то же самое время на страничку в соцсети к ней постучался папа. «Встретились мы с ним. Он долго рассматривал наши семейные фотографии и восклицал: «Надо же, как Люда потом пополнела! Она ж была худенькая, как тростиночка, что ж ее так разнесло. А что это она так редко на фотографиях улыбается? Такая грустная всегда. А была такая смешливая, хохотушка такая».
Так уж получилось, что после ухода мужа из семьи Люда сломалась. Это ее беда, и глупо взваливать ответственность за свои депрессии на другого человека, но, видимо, именно так она и рассуждала: он во всем виноват. Виноват в том, что она не смогла выйти замуж во второй раз. Виноват в том, что она заедала и заплакивала свои проблемы, вместо того чтобы решать их. Виноват в том, что ей было трудно, что не хотелось улыбаться. Хотя по закону гражданин этот был виноват лишь в том, что не платил алименты. А по совести – в том, что расстался не только с женой, но и с дочкой.
Вслед за мамой незнакомого отца корила и девочка. Из года в год, изо дня в день. Мужчина, которого она совершенно не знала и не помнила, оказал колоссальное влияние на всю ее жизнь. Когда ей было плохо, она думала: «Это из-за него мы так бедно живем. Это из-за него мать срывается на меня. Это из-за него я постоянно ощущаю себя виноватой». Когда ей было хорошо, она думала: «Если бы он только увидел меня, он бы обязательно меня полюбил. Он бы гордился мною... Если бы, папа...»
Бывало и наоборот – в минуты печали она плакала и хотела, чтобы он пришел и защитил ее. Но он пришел лишь через 40 лет. Маленький, сухонький дважды разведенный пенсионер, который попросил завернуть недоеденную курицу: «Я с собой возьму, можно? У меня кошечки».
«Я все ждала, когда у меня екнет что-то, проснется голос крови... Ждала и после того, как он снова пропал. А внутри нарастала огромная ненависть, нечеловеческая. Бога молю на коленях, чтоб он папеньке дал шанс на своей шкуре изведать все, через что прошли мы с мамой... Вспомнились мне все мамины слезы, все наши беды, наш голод, вспомнилось, как таскала сумки с дачи с помидорами, вспомнилось, как меня одноклассники байстрючкой величали и смеялись над моими штопаными колготками. Все вспомнилось».
Да оно и не сильно забывалось, думаю. Просто снова всколыхнулось после очередного предательства. Мне, конечно, судить трудно – мои родители живут вместе, и я всегда была защищена этой незыблемостью семьи. Я могу лишь зажмуриться, представив, что это такое – взрослеть без отца, и обомлеть от ужаса. Кто бы тогда читал мне на ночь сказки и рассказывал, как устроена Вселенная? Катал на качелях, выносил из дома в ночь землетрясения? Учил писать свое имя, кататься на велосипеде, плавать, играть в шахматы? Кого бы я, маленькая, терпеливо ждала после работы и к кому неслась бы по улице: «Папа!»? Кто был бы главным для меня из мужчин и безусловно любимым навсегда?
Та, которая написала мне письмо, была лишена всего этого. И в детстве она, наверное, задавалась вопросом: почему? За что? Что я сделала такого, что отец предал меня? Почему я недостойна его любви? Почему он не рядышком? Что во мне не так?
Однажды я увидела, как плачет моя одноклассница: ее родители ругались, и она понимала, что папа скоро уйдет. Я не поняла тогда ни ее слез, ни ее страха – я была слишком маленькой, чтобы понимать. А она была уже слишком взрослой, чтобы не бояться. Это неправда, что детям все равно и что они совершенно не страдают от отсутствия одного из родителей, – любой психотерапевт расскажет вам, как рыдают на сеансах такие оставленные дети, уже взрослые дяди и тети, когда вспоминают те свои чувства, а может, и свои слова: «Папа, не уходи!»
Я не против разводов. Я против того, чтобы мужчины забывали, что они отцы. Я видела, как стояла у окна дочь моей подруги: отец, объявившись через год после развода, пообещал приехать к ней на день рождения. Весь свой праздник девочка простояла у окна – он так и не приехал.
Но я видела в субботу во дворе моего дома и другого отца. Видимо, он не хотел подниматься в квартиру, чтобы не встречаться с бывшей женой, – бывает и такое. А может, его и не пускали – это тоже не редкость. Но он стоял и ждал свою дочь. Я это поняла, когда девочка выбежала из подъезда и он тут же подхватил ее на руки: «Доченька!» Девочке, которая потом свои отношения с мужчинами будет выстраивать, основываясь на отношениях с отцом, важно вырасти в этой любви, не ощущая себя отвергнутой, жертвой. Как говорит моя знакомая: «У меня был хороший отец, поэтому я не связываюсь с мудаками».
У женщины, которая мне написала, не было никакого отца – ни хорошего, ни плохого. Было только осознание, хорошенько усвоенное с помощью матери: он нас бросил. И мечта, к которой мать не имеет отношения: вдруг он вернется?
«Знаете, что самое омерзительное? Каждый день я очень глубоко внутри надеюсь, что он все-таки позвонит, приедет и хоть как-то даст знать, что я для него имею значение. Каждый раз, когда меня накрывает очередная беда, я сворачиваюсь в клубочек под одеялом и скулю в подушку: «Папка, родненький, приди, спаси меня, помоги!» Утром просыпаюсь и в одного – и за себя, и за папку – сражаюсь против невзгод».
Они почему-то очень часто за что-то сражаются, оставленные девочки. Почему-то невзгоды причиняют им больше боли. Наверное, потому что они выросли без защиты с одного фланга. Они будто всю жизнь чувствуют эту уязвимость. Обиду. Злость. Ярость. Любовь. И сожаление – если бы, папа... ©
#5 
патриот
novenkay
15.04.11 11:14 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 10:54
Пропасть без дна
Витальку-хулигана из деревни, где живут мои родственники, посадили летом. К тому времени он из хулигана, который в детстве воровал яблоки в колхозном саду, превратился в настоящего разбойника – во всяком случае, сажали его за разбой. Причем какой-то особенный разбой, который на девять лет потянул. С ним же заодно посадили и Светку, сожительницу его. Ей дали года три, что ли.
В эту криминальную историю я особо не вникала. Что они там натворили, когда и с кем – не интересовалась. Слышала лишь, как Виталькина мать в магазине при всем честном народе во всем винила Светку: «Это она его подбила! Она сыночка моего на кривую дорожку свернула!». Слышала я, и как Светкина мать в том же магазине проклинала Витальку: «Сукин сын! Это он во всем виноват, а ее за собой потянул».
На суде Светка, говорят, к своему Витальке рвалась, плакала, причитала: «Любимый!» А Виталька, похоже, думал лишь о том, сколько ему дадут. Цифры – 7, 5, 9 – так и мелькали в его глазах. А может, он просто хорошо скрывал свои эмоции, поэтому от сожительницы отворачивался и делал вид, что знать ее не знает.
Как бы там ни было, но развезли этих деревенских Бонни и Клайда в разные стороны. Светка сразу же стала слать многостраничные послания в мужскую колонию. Собственно, ей и писать больше было некому, только матери да Витальке. «Я дождусь тебя, любимый! Я выйду раньше, но обязательно тебя дождусь!» – и все в таком духе.
«А он ей не отвечаить! – снова сообщала новости в магазине мамаша главного героя. – И правильно делаить! На что она ему нужна, судимая!» Была в этих ее словах своя извращенная логика. Потому что упавшая на дно женщина и упавший на дно мужчина – не одно и то же. Точно так же не зря говорят, что у алкоголички меньше шансов выкарабкаться, чем у алкоголика. Не потому, что женщина слабее. А потому, что ей никто не поможет.
Как писала Татьяна Москвина: «Когда встречаешь пропитого мужика, который бредет на своих ножках-заплетушках, весь уже серо-белый, тающий, нежилой, как весенний снег, это как-то... нестрашно. Его еще может кто-то подобрать, отмыть, накормить, может, дома есть мама, выплакавшая глаза, или отчаявшаяся жена, или злая дочка. А когда я вижу опустившуюся женщину, вот тут душа содрогается, потому что ей никто не поможет, никто ее не подберет, здесь пропасть без дна».
Мужчина, будь он самый плохонький из плохоньких, все равно может рассчитывать на спасительницу – ту, которая не просто пойдет с ним рядом по жизни, а, если понадобится, потащит его на своем горбу. Женщину никто тащить не будет. Нет таких рыцарей и принцев, даже в сказках. Упала – ну и черт с тобой. Он найдет себе покрепче.
Вот и Виталька нашел. Это он на Светкины письма не отвечал, а другим девушкам писал, и очень активно. Он-то был жених хоть куда. Даже какой-то выбор у него из подруг по переписке образовался. Выбрал в итоге городскую, на ней и женился.
Свадьбу прямо в колонии и сыграли, чего зря время тянуть. Все-таки жена – это не какая-то там Светка, от которой одни бумажки приходят. Жена – это передачи, это свиданки, какой-никакой, а секс, это «вышли мне шоколаду и положи мне деньги на телефон». Телефон, кстати, жена ему и купила. А потом еще один, когда охранники почему-то разозлились и устроили показательные изъятия телефонов, плееров и прочей технофигни, которой, оказывается, зэки чуть ли не открыто пользуются. «Счас утихнет там шум, и жена ему купит этот... ноутбук, во! – новости в деревню поставляются исправно. – Купит-купит, она с охраной уже договорилась. Будут общаться как по телемосту».
Светкиной матери тут крыть нечем. Ее дочери никто из мужчин писать на зону не будет – нет такой моды. Никто не предложит ей руку и сердце. Никто не будет ей слать посылки с шоколадом. Никто не купит ноутбук, не будет разговаривать с ней по скайпу, не будет нанимать адвокатов, чтобы уполовинить ей срок. Это еще хорошо, что у нее, Светки, есть мать. И на том спасибо. А так вообще сгинула бы, и никто имени ее не вспомнил бы.
«Если я помру, то как она там будет?» – мать уже давно забыла воинственный тон, и почти всегда плачет, когда приходит за хлебом. Ее успокаивают: все-таки три года, не девять. Если б девять, то все. Вышла бы Светка сорокапятилетней бабой, и сразу же за воротами зоны рухнула бы в ту самую пропасть без дна. А так у нее еще будет шанс ребеночка родить. Для себя. А может, помимо ребеночка еще какой-нибудь завалящийся мужичок найдется. Будет двоих тянуть – чем не счастье-то? ©
#6 
патриот
novenkay
15.04.11 11:27 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 10:54
Большие мальчики
28 сентября 2006
На стекле маршрутки висела бумажка со строгой надписью: «15 руб.». На оборотной стороне этого официального документа какой-то шутник написал фломастером: «Для каментов». Ниже шло народное творчество: «Первый нах», «Киса, ку-ку» и даже «Аффтар, убей себя».
Рядом с этой бумажкой сидело чинное семейство: папа, мама и грудной младенец. Младенец весь извертелся. Папа вертелся тоже, рылся в карманах куртки и что-то шептал жене. Та хлопала его по рукам, хмурила брови и произносила с равными промежутками: «Даже не думай… Не позорь меня… Даже не думай… Не позорь…» Наконец угомонились. Женщина успокоила малыша и закрыла глаза. Ее супруг, воровато оглядываясь, вытащил из кармана ручку, быстро написал внизу бумажки «+1» и откинулся на сиденье с чувством исполненного долга. Миссия была выполнена.
Что мне нравится в мужчинах, так это их способность к озорству. Всю жизнь им удается оставаться мальчишками с сорок четвертым размером ноги. В их мире полно смеха, баловства и анекдотов про блондинок. В их мире можно кататься на тележке в супермаркете и на замечания подруги: «Тебе тридцать лет, дурень» – отвечать: «Ну я же должен выяснить, выдержит ли она недельный запас продуктов». В их мире можно высовываться в окно автомобиля, чтобы просто поорать: «Куда-а-ааа прешь?», и тут же засовываться обратно с жалобой: «Мне какая-то сука в ноздрю залетела», чихать и плакать всю дорогу, а потом рассказывать друзьям, какой ты крутой мэн и как тебя боятся даже самые навороченные джипы. В их мире можно и нужно прибегать домой в страшном возбуждении: «Дорогая, ты видела список жильцов-неплательщиков на дверях в подъезде?» – и, дождавшись темноты, пробираться к этому списку, чтобы добавить букву «Е» к неплательщику с милой фамилией Бать.
В мужском мире одинаково ценны олигарх Абрамович и Вася из отдела распространения, который умеет показывать оргазм мустанга. Причем еще неизвестно, кто круче. И если женщины тащатся от доктора Курпатова, «Квартирного вопроса» и Белянчиковой с ее «Здоровьем», то мужская классика – это Мистер Бин, КВН, «Комеди Клаб» и хит всех времен и народов «Тупой и еще тупее».
Среднестатистический парень никогда не упустит возможности посмеяться. Более того – он нарочно ищет этого. Создается впечатление, что тяга к веселым приключениям заложена в мужской ДНК. Однажды моего приятеля забрали в вытрезвитель в славном городе Рыбинске. Вечером он пошел с друзьями выпить пивка, а утром – опа! – проснулся в незнакомом заведении. Вокруг сновали какие-то люди, таскали кровати и прибивали на стены плакаты «Соблюдайте тишину!». Приятель почесал раскалывающийся затылок и поинтересовался: «Это ад?» Ему объяснили, что это новое «отрезвляющее учреждение № 2»: «В старом мест уже не было, вот тебя к нам и доставили в порядке исключения. Мы только завтра открываемся». Что сделал бы нормальный человек в таком случае? Постарался бы слинять поскорее, дав сержанту взятку, чтобы не сообщал на работу. Но это нормальный. Мой приятель потребовал книгу жалоб и предложений, где оставил запись: «Тут был Ковалев, сервисом доволен». А потом настоял, чтобы ему выдали грамоту, как первому посетителю. И что вы думаете? Мужики его поняли. Они оживились, бросили свои кровати, стали дружно искать бланк «Почетная грамота», затем составили текст и вручили документ, хором исполняя при этом туш. У приятеля до сих пор висит в прихожей эта грамота, в рамочке и под стеклом: «Гражданину Ковалеву В.В. за примерное поведение в вытрезвителе № 2».
Скажите, возможно ли такое в женском мире? Разве будет женщина устраивать комедийное шоу из серьезного события своей жизни? И разве поддержат ее в этом начинании подруги? Вряд ли. Мир женщин сколочен из маленьких «нельзя» и «фу, какая гадость». Короче говоря, в женском мире можно умереть со скуки.
«Кругом сплошная дикая серьезность, – пишет в своей книге «Моя подруга всегда против» Мил Миллингтон. – Взять, например, автомобильную сигнализацию. На кольце с ключами болтается пультик с кнопкой. Нажал кнопочку – сигнализация включилась, опять нажал – выключилась. Чудесно! Можно на ходу, не оборачиваясь, щелкнуть и включить сигнализацию: щелкнуть вальяжно, через плечо. Когда подходишь к машине – еще интереснее. Начинаешь нажимать издалека, проверяя, на каком расстоянии сработает. Иногда, если поднять руку повыше, сигнализацию можно отключить, находясь на другом конце стоянки! А можно подойти поближе и – паф! – отключить выстрелом с бедра. Жаль, что у нас замок не центральный, какой смачный «клац» раздавался бы каждый раз, когда открываются все двери. Приготовиться! Огонь! Клац! Прелесть. Я много раз наблюдал, как моя жена включает и выключает сигнализацию, такое чувство, что ее это совсем не забавляет».
Забавы – это привилегия детей. А женщины рождаются сразу взрослыми. Они всегда знают, что такое хорошо и что такое плохо. Девочка никогда не будет подкладывать одноклассникам кнопки на стулья. Девушка никогда не будет свистеть вслед симпатичному юноше и с религиозным почтением относиться к спортивным играм. Женщина, расставшись с партнером, никогда не пойдет в бар, чтобы хвастаться перед приятельницами своими гигантскими сиськами и тем, что мужчины обливаются слезами благодарности каждый раз, когда она позволяет им прикоснуться к счастью своей жизни. Бабушка никогда не встанет на ролики и не щипнет молодого мальчика за попку, как бы ей этого ни хотелось.
Мальчики – совсем другое дело. Когда им говорят что-то не делать – им хочется сделать это больше всего. «Не трогай Барсика, когда он кушает», – сказали родители моему брату. Бах! – и у него уже 36 царапин на физиономии, и он толкает друзьям во дворе речь на тему «Как я прикололся». Ему весело. И я в восторге от этого чудесного свойства его характера. Ведь если уныние – страшный грех, то мой брат всегда будет оставаться святым.
Конечно, иногда нам приходится несладко от мужского озорства. Мужчины постоянно переключают телевизор на футбол или мультики. Они смотрят тупые комедии, которые мы терпеть не можем. Они захламляют кладовку рыбацкими снастями, чтобы раз в год съездить куда-то за сто километров и поймать карасика. Они шепотом интересуются в музее, увидев средневековые доспехи: «Интересно, а если дать смотрительнице сто баксов, она позволит нам с Андрюхой их надеть и сразиться?» Они предлагают установить в гостиной настольный хоккей и, когда у них заканчиваются деньги, бегут в игровые заведения «Вулкан удачи», надеясь на выигрыш. Они заменяют нас резиновыми куклами, тайком съедают приготовленный для гостей торт и играют в свои чертовы компьютерные игры ночи напролет. Ужасно. Помните, как общались подружки в сериале «Бальзаковский возраст, или Все мужики сво…»:
- Я хочу купить ему на день рождения «Плейстейшн».
- Нина, тебе нравится секс?
- Да.
- Тогда не покупай ему «Плейстейшн».
Мы злимся на мужчин. Мы возмущаемся. Мы делаем серьезные лица и строго произносим: «Как можно быть таким мальчишкой?»
- Все дело в том, – сказал мне как-то мой знакомый, – что у вас, женщин, нет чувства юмора. Поэтому мы никогда не поймем друг друга.
Не знаю, не знаю. Да, иногда мы отказываемся проявлять понимание, в кино требуем смотреть только мелодрамы, и нам, по большому счету, плевать, что будет, если засунуть в ксерокс голову. Но чувство юмора у нас есть. Иначе мы бы не соглашались на отношения с мужчинами. ©
#7 
патриот
novenkay
15.04.11 11:28 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 10:54
Хочу сильную!
Такие данные нового исследования приводит Daily Mail: "Две трети современных мужчин восхищаются женщинами, которые занимают высокие посты. Давно прошли времена, когда идеальным считался образ тихой домохозяйки. Сейчас мужчины считают, что женщина должна быть сильной и властной".
Эксперты предполагают, что дело не только в том, что мужчины наконец признали эмансипацию,— мировой экономический кризис, мол, тоже повлиял. Поэтому парни и млеют от дам, способных в наше трудное время завалить парочку-другую мамонтов — 66 процентов опрошенных мужчин привлекают сильные и независимые женщины, а в категории 30-34-летних мужчин этот процент достигает 71.
Вот только никто почему-то не сделал акцент на том, что исследование проводила компания по производству компьютерных игр Electronic Arts. Компания, понятное дело, ищет новый женский образ для своих игр, и теперь уже ясно, что милым и нежным куколкам, которые только и умеют, что вздыхать, хлопать ресничками и ждать, пока их кто-нибудь спасет, главные роли в компьютерных стрелялках и бродилках не достанутся. Скорее всего, геймерам на радость соорудят какую-нибудь очередную Лару Крофт. Но ведь свое исследование компания наверняка проводила среди любителей этих самых игр. А как они выглядят? Примерно как бойфренд моей подруги — малоактивный и неамбициозный менеджер Женя, который вечером в будни легко обходится двумя фразами "Что у нас на ужин?" и "Да иду я сейчас спать, иду". Все свое свободное время Женя проводит за компьютером, а в выходные, когда нужно ехать в гости к родителям или друзьям, по-настоящему страдает и ноет: "Давай никуда не поедем, давай побудем дома, давай побудем вдвоем". Быть вдвоем для него означает: ты, дорогая, занимайся чем хочешь, только мне не мешай, я должен пройти еще один уровень.
Ну куда такому растению еще и зависимую от него домохозяйку? Домохозяйка ведь будет требовать, чтобы он ужинал за обеденным столом, а не за компьютерным — что она, зря к этому событию готовилась, что ли? Домохозяйка, молчавшая весь день, будет ждать диалога. А еще она будет ждать денег: "Женя, шевелись, у нас же трое детей!" Короче, ужас. Непосильная ноша.
Поэтому Жене так нравится, что его девушка штурмует карьерные вершины. Во-первых, она не мешает играть, весь вечер строчит там себе какие-то отчеты, с кем-то созванивается, работает за компьютером в другой комнате, не зудит. Во-вторых, она денег больше приносит, значит, можно не опасаться голода, если Женю вдруг уволят, а к этому все и идет. В-третьих, она в одиночку со всеми бытовыми проблемами справляется, на него и не рассчитывает. Кран потек, кот заболел, собрание ТСЖ намечается — сильная и боевая подруга разбирается сама, не прибегая к мужской помощи.
"Она крутая! — искренне восхищается любимой Женя, когда не пялится в монитор.— И она принимает меня таким, какой я есть". Не знаю только, долго ли его будут принимать таким, какой он есть. В конце концов, это извращение — играть в отношениях с мужчиной роль всемогущей мамочки. Но даже если Женю и бросят на произвол судьбы, без защиты он долго не останется — сильных женщин в этом мире становится все больше. ©
#8 
патриот
novenkay
15.04.11 11:38 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 10:54
Напоминалка.
Ранее в дневнике уже было много заметок Натальи Радуловой.
Можно их прочитать, воспользовавшись тегом радулова (там, к сожалению, не все заметки, т.к. я не сразу нужный тег поставила), можно воспользовавшись нижеприведенным списком (по алфавиту):
20 секунд на красоту
Барыня не просят
Без вранья
Большая переделка
Большие мальчики
Будь глуп – ты же мужчина!
Былые возлюбленные
В браке секса нет?, Часть 2
В постели с врагом
В постели с человеком
Вдуть крутой стерве, Часть 2
Вертихвостки
Весна придет!
Все мужики - слоны!
Всего лишь измена
Всему голова
Выйти из тени
Да кому ты нужна, Часть 2
Два цвета детства
Доедай
Духовная измена, Часть 2
Если бы, папа…
Женский прайд
Женщина за рулем
Игра в неумеху
Игра в поддавки
Имейте совесть!
Ищу красавицу. Не спонсор
Как разорвать отношения
Как я была мачо
Код доступности
Красавицы и чудовища
Крутые мальчики
Мама любит дядю
Милые бранятся
Мне было 12 лет, я села на велосипед и поехала в школу
Мужчина и женщина
Лицо, сиськи, задница
Любви больше нет?
Не упал
Неужели не понятно?
Никакого праздника
Никакой правды!
Она его кормит
Особый день
Подвиг Геракла
Пропасть без дна
Пьяная помятая
Семья «Одноклассников»
Синдром открытой форточки, Часть 2
Стыдно быть человеком
Талибы не мы!
Только девушки
Ты женщина или кто?
Удержать любой ценой
Успеется?
Уравновесить измену
Успокойте отца!
Уступи мне!
Формула успеха
Хочу сильную!
Чистюля
Это я!
Я б ей вдул, Часть 2
Я завела себе мужчину
Я пошутил
Я хочу красивого
#9 
коренной житель
messalin@
16.04.11 11:33 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 11:28
прочитала я только выборочно, и что-то она меня в этот раз разочаровала. И с Женечкой-геймером и сильными женщинами ( с какого перепугу она взяла, что опрос проводился среди геймеров?), и с описанием женского коллектива с таким неожиданно патриотичным концом (женские коллективы терпеть не могу, но статейка никакая).
#10 
патриот
novenkay
18.04.11 23:27 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ messalin@ 16.04.11 11:33
"В этот раз" просто подборка другая. Несколько новых рассказаов, несколько старых. Может, со временем читается иначе.
#11 
старожил
Aврора
19.04.11 17:23 new Re: Заметки Радуловой. Часть 9
в ответ novenkay 15.04.11 11:27
Какая прелесть! И главное, насколько в точку.
#12