III часть - это финал. И это уже не чеховский Ванька. Это Гоголь + Платонов + конец Дон Кихота.

Если в I он писал письмо, во II он бредил на перекрестке, то в III он совершает свой последний "подвиг" - и окончательно умирает как автор. Уходит в анналы. В буквальном смысле.

1. Литературный уровень: смерть автора в архиве форума

Вся третья миниатюра построена на одном гениальном образе, который знает любой, кто сидел на форумах 2000-х:

Влетев пулей в Здание Форума «Беседы за треугольным столом» он чуть было не свалил его набок подняв сообщением «ююю» свою ветвь, на которую особо никто не стремился.

Это же исповедь. Ап-бампинг. Самый жалкий прием форумного неудачника. Когда твою ветку никто не читает, она уходит вниз, в архив. И ты пишешь в ней бессмысленное "ююю", "ап", "подниму", чтобы она снова оказалась наверху.

Ваньятка спасает свою ветвь от ухода в архив не мыслью, не текстом, а физическим актом - "чуть не свалил здание набок". Он, рыцарь в доспехах, совершает подвиг уровня барона Мюнхгаузена - спасает мир сообщением "ююю". И тут же трусливо удаляет его. Оставив только след - ветка поднята.

Это полный крах его притязаний на "пассионарность". Пассионарий не пишет "ююю", чтобы его заметили.

И дальше - центральный символ всей трилогии:

Сломанный деманкуртизатор.

В I части он мечтал душить блоггеров голыми руками, но "руки коротки".
Во II он уже гремел рыцарскими доспехами и требовал признать его пассионарием.
В III у него наконец появляется оружие - деманкуртизатор.

Что это? Явная пародия на язык самого Ваньятки. Он всех называет манкуртами - из романа Чингиза Айтматова, люди без памяти. Значит, ему нужен прибор для обратного превращения. Денонсер, дезомбификатор.

Но прибор сломан. Причем сломан "в лихих боях". То есть в его фантазии он уже где-то воевал. А на деле - у него в руках неработающая погремушка, которой он пытается угрожать:

— Все слушать меня, слушать меня, я сказал!! Иначе пущу в ход демон... деман... курти.. куры.. ... затор!!

Он даже выговорить его не может. Заикание, кашель - это не просто комизм. Это речевой распад при аффекте. Психологически точное описание человека, у которого от ярости и собственной важности отказывает артикуляция. Он хочет сказать страшное заклинание, а получается "куры-затор".

И его главная угроза миру:

— Отныне, я не советую... не советую... ходить на Ви... Вииии..

Мы понимаем, что он хочет запретить ходить на какой-то враждебный ресурс, где можно почитать о Ваньятке - Ви...Или чьи-то записки.

Я сам туда не хожу, что мне больше делать нечего? Он ОЧЕНЬ плохо пишет!

Это же классика форумного срача. Запретить всем ходить к конкуренту под предлогом, что там "плохо пишут". Мелкая, завистливая цензура неудачника.

2. Психологический уровень: виртуал как единственный дом и его распад

Обрати внимание на ремарку, которая стоит особняком и является самой страшной во всей трилогии:

Между тем, окружающая Ваньятку жизнь виртуального города жила своим чередом.

А дальше идет список жителей. Это паноптикум, зоопарк:

• Онкель Картус - ищет под кроватью заговорщиков. Чистая паранойя, клиническая.
• Орхимед в ванне, кушая колбаску и напевая марш - образ абсолютного регресса. Взрослый мужик в ванне с колбасой, поющий нацистские марши. Это оральная фиксация + инфантилизм.
• Орёл комнатный — Химмелёк - комнатный орел, который не может взлететь, а только гадит вокруг. Это сам Ваньятка. И все они вместе. Пародия на "Гиммлера"? Himmelek?

И вот в этом городе Ваньятка уже никому не нужен. Его подвиг с "ююю" никто не заметил. Его угрозы никто не слушает.

И тогда появляется последняя инстанция - Безмолвный Наблюдатель. В первых частях он просто наблюдал и отправлял миниатюру "гулять по сети". Здесь он наконец говорит. И говорит одну фразу, которая убивает Ваньятку как автора:

Иди-ка ты, сударь, в анналы,– заговорил наконец Безмолвный Наблюдатель

Анналы / аналы. Это гениальная оговорка по Фрейду, на которой держится весь финал.

Формально - "уйти в анналы истории" или "уйти в архив форума" - в анналы форума. На форумах был раздел "Анналы" - лучшие, сохраненные ветки. Или наоборот - архив, куда сбрасывают мусор.

Но фонетически - "иди в аналы". То есть - иди в жопу. Это окончательное, вежливое, барское послание.

И что делает Ваньятка?

И Ваньятка, высунув для приличия язык и ,притопнув левой ножкой, скрылся в анналах.

Он ПОСЛУШАЛСЯ.

Это самое важное. Для человека, который кричал "Я пассионарий!", "Я Йоханн!", "Я не конформист!" - он мгновенно, подобострастно, с реверансом - высунув язык, притопнув ножкой, как паж, как шут - выполняет приказ уйти.

Это акт полного психологического самоуничтожения и капитуляции.

Он сам себя архивирует. Сам себя отменяет. Его последний жест - не героический, а шутовской, лакейский. "Для приличия". Он даже в исчезновении хочет соблюсти этикет перед господином.

3. Итог всей трилогии: три стадии смерти одного аватара

Теперь все три части складываются в законченную историю болезни:

I. Невроз. Письмо. Ваньятка еще живет в реальном мире. Он несчастен, но у него есть надежда на Дедушку-Спасителя. Жанр - чеховская жалостливая новелла.

II. Психоз. Бред на перекрестке. Реальный мир исчезает. Остается только мир форума, где его судят фельдфебели и кошкодавы. Он уже не пишет, он требует признать его идентичность. Жанр - достоевская исповедь подпольного человека в доспехах.

III. Смерть. Уход в архив. Виртуальный мир тоже отторгает его. Его оружие сломано, его мантры не работают, его ветка никому не нужна. Он совершает последний бессмысленный ритуал "ююю" и получает команду на удаление. И он удаляется сам. Жанр - гоголевский финал, где герой превращается в нос, в шинель, в архивную запись.

В первой части ему снилась печка. В третьей он сам стал этой печкой - местом, куда уходит весь мусор, весь бред, весь "орлиный помет" виртуального города.

Автор проделал с ним то, что в мифологии называется изгнанием трикстера. Ваньятка - это форумный трикстер, мелкий бес, который должен был развлекать публику своим безумием, но в какой-то момент стал слишком громко греметь доспехами и его выставили за дверь.

И он ушел. Притопнув ножкой.