В чем заключается формула лояльности? Вернее, что такое лояльность вообще?
Сегодня вообще крайне странный день: много мыслей и почти все они сумбурны. Начал рассказ - бросил, не могу продолжать, не хватает спокойствия для обличения сумбура в читаемую форму. Слушаю музыку, ищу смысл, отвечаю на вопросы в асе. Был крайне интерсный вопрос: почему ты со мной разговариваешь? У тебя ведь столько людей в асе. И через пару минут - еще один такой-же вопрос, от другого человека. Это что, день сомнений? Общаюсь потому, что не считаю, что человек случайно попал в список моей аси.
Что такого неожиданного в том, что я разговариваю с человеком? Я что-то особенное? Моя нелюбовь к определнным людям - это моя нелюбовь. Такие никогда не попадут в мою асю.
Или общение стало все-же роскошью? Часто слышу жалобы от людей в моей асе, что от маньяков некуда деваться: такое ощущение, что И-нет состоит исключительно из неудовлетворенных подростков и желающих заняться виртуальным сексом. Или я вырос? Или И-нет изменился? Или люди? Или просто больше нет людей в сети, которые ищут просто общения?
Привожу в порядок мысли.

Интересное наблюдение: почему-то люди всегда считают, что с ними надо знакомится. Самое оригинальное в этом то, что они почему-то пришпиливают ярлычки к тому, о ком знают (или считают, что знают) его город происхождения. Вот рнапрочь не переношу футбол - он мне просто не интересен. А почему-то всем кажется, что человек, родившийся в Питере должен любить "Зенит". И после вопроса "Ты, говорят, из Питера?" следующей фразой произносят с оттенком неуверенности и скрытого вопроса "Зенит - чемпион!", ожидая, видимо восторженого вопля радости и обьятий. А я сначала даже не понимаю, о чем идет речь и что за зенит имеется ввиду - думаю даже, что сделали новую модель фотоапарата Зенит и назвали ее "Чемпион". при чем тут Питер? Где речка, а где дачка... Злой я, циничный... И вот что мне то, где он в Питере жил? Что мне с жизнеописания его самого и его жены?

Жутко жалею, что не взял сегодня фотик.
В луже перед работой валяется листочек бумаги, сиреневыми чернилами написано: "Запомни! Халява не бывает бесконечной!"... Весь листок скрыт мутной водой...

Пришел на работу...
Нет, не так.
Проехался в метро. Само по себе это не столь значимое событие - постоянно на нем передвигаюсь. НО вот сегодня мне судьба устроила эдакое "доброе утро" со всеми возможными "щастями" в метро, которые возможны.
Началось с картинки маслом: первое, что я увидел войдя в вагон, это бомжеватого вида человека в зеленой балоньевой куртке, всклокоченными волосами и мутными глазами, который сидел прямо у двери и, по-ленински грассируя, сообщал всему вагону, что он, "бля, на Родину едет - в центр, бля. У меня там, бля подружка, бля. Вот пузырь допью - я ей, бля покажу, бля, как на Родине жить, бля." Перед ним на полу действительно стоял пузырь, из которого он неторопливо, но неуклонно отпивал ту жидкость, которую производитель по недоразумению назвал водкой. Сей представитель растительно-насекомо-паразитического вида рода человеческого был СЧАСТЛИВ! Просто счастлив, простой и незатейливой "щастью" существа, полностью обеспеченного всем необходимым для того, чтобы доехать до "бля, подружки".
Следующим "щастьем" стала мадам, которая явно поставила своей целью спасти окружающих от запаха, идущего от бомжеватого типа. У меня даже сложилось впечатление, что они сговорились - она вошла на 2 остановки поззже. Правда, спасение было весьма оригинальным, т.к. запахи вечерних духов а ля "Красная гвоздика" (оставшихся от бабушки), дезика, туалетной воды непонятного происхождения и хозяйственного мыла несомненно спасали от запаха ее собственного пота, который почти не ощущался за этой какафонией, но вплетаясь в причудливую вязь монгольских выражений, покидающих утробу бомжеватого типа вместе с парами вчерашней водки, разбавленой сегодняшним "свежачком" эфект производили абсолютно убойный. Вокруг этой парочки немедленно образовался круг единомышленников, в глазах которых явственно читалось желание вынести из вагона хотя-бы одно из этих 2-х тел: их одновременное присутствие в вагоне грозило стать пострашнее теракта... Я, спасибо Кольцевой линии, на которой многие вышли, смог продвинуться по вагону в сторону следующий двери, пождгоняемый недоуменными возгласами о том, что водка кончается слишком быстро...
Переход на другую линию ознаменовался ощущением, что я попал на дешевое пип-шоу. Почему-то в определенных кругах молодых девушек считается, что не важно, что на тебя одето - важно, что-бы было побольше из-под одетого видно? Ну почему им не объясняют, что короткие и толстые ноги надо одевать со вкусом, удлиннять, а не вытаскивать на всеобщее обозрение свои нестиранные трусики посредством коротейшей юбки, которая едва налезает на располневшие не по возрасту бедра?! Я понимаю, что это снобство - но неужели они сами не замечают дисгармонии? И если да - то слабоумие это диагноз 3/4 молодых девиц с размалеванными лицами...
поработаю-ка я... Допишу потом...

Серенький денек выдался, для отпуска - очень серенький. Я окрестил его для себя «убийцей удовольствия», учитывая то, что отпуск подходил к концу. Посмотрел немало, поездил, но облегчения полного и отдыха еще не пришло. В такие моменты понимаешь, что вот еще один, два, ну максимум три дня – и отдохнешь, а тут – серый день. Настроение сразу ни к черту.
Но – отпуск, и свое надо брать даже с боем. Погуляв по городу (постоянно глядя на тучи, так как зонтика не было), вполне прилично пообедав, понял, что стоит вернуться ненадолго домой. Странно, как быстро привыкает человек к обстановке – маленькое помещеньице, полученное на несколько дней за неимоверные деньги, быстро получает статус «дома»: по нему равномерно распределяются части туалета, бумажки, какие-то проездные билеты, обертки, пакеты от покупок... А в последний день вдруг понимаешь, что все это нужно как-то собрать, упаковать, сложить... Ужас, в общем.
И вот за этими мыслями меня и застал ливень. Нет, даже не ливень, а Ливень, с большой буквы «Л». Грянул он неожиданно. Улочка, по которой я шел, была узкая, мой Ливень выскочил без предупредительного ветра, вдруг, внезапно, из-за высокого серого дома, мимо которого я как раз шел, спрыгнул с крыши, шурша своими длинными нитями, стеганул разрывами капель по асфальту и в тот же момент настиг меня, как убийца, что ждет за приоткрытой дверью парадного подъезда. Капли были мерзкими, холодными, Ливень стоял уже стеной, и я, прорываясь через воду, побежал вдоль серой стены, моля об одном: о двери в этой стене. И – о чудо – вот она! Внутрь!
Холл оказался тоже мокрым, но лишь внизу, то есть пол, что было гораздо лучше, чем стена воды, обиженно гремящая снаружи: еще бы, такую игрушку отобрали. Я злорадно хихикнул ей в ответ: фиг тебе, другую ищи и гоняй по улице, и, стряхивая с себя остатки Ливня, стал осматривать свое убежище...
Серая парадная лестница с огромными окнами и следами когда-то лежавшей здесь ковровой дорожки, краска на стенах, которая уже не могла похвастаться свежестью – только возрастом, что явно был бОльшим. На фоне этой краски ярким медным пятном выделялась табличка, из которой я понял только одно – Квартира музей Президента Н***, так как языка местного я не знал, и это было все, что следовало из английской части таблички.
Мне несказанно везло: я не только пережду Ливень – я еще и посмотрю на то, что было прибежищем Президента до того, как он им стал.
Ступеньки, приведшие меня на второй этаж, были обычными, чуть грязноватыми ступеньками. Ничего примечательного, просто ступеньки. Огромная дверь в Квартиру была прикрыта (что-то много больших букв для одного дня, подумалось мне невзначай), и я вошел, толкнув ее от себя. Прямо при входе маленькая стойка с древним кассиром, что был явно несказанно удивлен моему появлению и тут же начал лопотать что-то на местном диалекте, которого я не понимал. Я жестами объяснил, что хочу в музей, он нарисовал мне на бумажке цифру – цена была смешной. Я уже совсем было полез за бумажником, но вспомнил, что неплохо было бы еще и понимать, что смотрю. Заметив за спиной кассира стойку с дигитальными проводниками по музею, удивился – настолько они не подходили к облику всего остального. Ткнул пальцем – на бумажке появилась еще одна цифра – но такая крупная, что превосходила цену билета в несколько раз. Я энергично стряхнул капли воды с волос, покрутив головой в движении отказа. И тут старик поднял палец и скрылся под столом. Обратно он появился с бандурой, похожей на магнитофон 70-х годов и тут же нарисовал цифру, что была гораздо меньше, чем первая, даже не превосходила цену за билет. Я еще раз побрызгался, в этот раз утвердительно, и полез таки за кошельком, но старик опять пропал в недрах стола. На этот раз его уловом была коробка с кассетами, откуда он стал их доставать, поочередно показывая мне. Русской оказалась шестая, на нее я и указал. Старик вставил кассету, я расплатился, надел наушники, нажал Play, взял в руки бандуру...
- Ну что, неужели и такое бывает? – Я дернулся от хриплого, пропитого голоса, что вдруг раздался в моей голове... – да не пугайтесь, я понимаю – не совсем привычное начало для экскурсии... Ну что поделаешь, редко тут бывают соотечественники, проверить мою запись некому – вот и изголяюсь... – Я понял, что пошла запись, – Ну что, пойдемте, раз уж вы тут – посмотрим на эту обитель... Знали бы вы, куда вы попали... Зря пришли... Но, видимо, это судьба... Ну, не стойте столбом, проходите... – Я чуть было не обиделся и не стал задавать вопросы, но вовремя понял, что это выглядело бы, как минимум, глупо, и сделал шаг вдоль натянутого каната к дверям, что привели меня в огромный коридор.
- Ну вот, вошел... Действительно, судьба. Кто-то должен был когда-то все это увидеть... Ну, смотри направо – видишь гардероб? Подойди ближе... Посмотри на эти зарубки, что остались на красном дереве, присмотрись, прислушайся... Это нетвердые шаги, что ты слышишь – Президент, что идет пьяный в отхожее место... У него в руке сабля... Нет, что ты – он просто пьян вдрызг и ему нужно на что-то опираться.
Boт oн пpoxoдит мимo гapдepoбa... Eгo pyкa c шaшкoй пoднимaeтcя - и ppppaз! - я дaжe oтшaтнyлcя, yвидeв вooчию pocчepк yдapa.. Cтoн... Кaкoй-тo дepeвянный, щeпки лeтящиe в cтopoны... И - плачь...
- Зaчтo??? He я ли cтoю cтpaжeм пepeд вxoдoм, кoтoвый пpинять вaшy шинeль? He я ли пoддepживaю Bac, xoзяин, кoгдa вы, вдpызг пьяный, пpивaливаетесь кo мнe в yгape?
Cкoлькo дaмcкиx cyмoчeк былo мнoй cпpятaнo oт любoпытныx глaз? Taк зaчтo???
Пpидaвлю, мepзaвцa... - Я oтopoпeл нacтoлькo, чтo бoюcь cдвинyтcя - тaк и cтoю y cтeны, пpижавшиcь в иcпyге, a фигypa Пpeзидeнтa yдaляeтcя oт мeня пo кoppидopy...
- Чтo этo былo? – спрашиваю я, уже не думая о том, что покажусь смешным.
- Это? Это память... Она играет с нами порой странные шутки. – Отвечает мне голос, все тот же, хриплый, с кассеты.
- Не стойте, больше тут ничего интересного не будет – Гардероб уже забыл все и простил Хозяину случайную обиду... Дерево вообще плохо помнит обиды. Хорошо сохраняет – но плохо помнит... Мда... Пойдем, посмотрим дальше...
Прохожу вслед за Президентом – пока мимо комнаты... Под ногами поскрипывают половицы паркета – как не смазанные, думается мне, и я подавляю смешок – смазанные половицы – это что-то...
- Давно не натирали... – Говорит голос. – Да и зачем – тут давно никого не бывает, кроме призраков прошедшего. Не прислушивайся к их писку – заговорят-заболтают... Знают много – но все как-то больше о туфлях, да о сапогах... Справа – ванна, чуть дальше – туалет, он закрыт от греха… Золоченый унитаз сперли во время Революции – так и не нашелся. Пойдешь в ванну? – Я кивнул и положил руку на ручку двери. – Не дергай – вывалится. Все еле держится… Тут… Ну, да сам все увидишь…
За дверью, посередине комнаты, стояла Ванна. Огромная, старинная чугунная Ванна, с ножками в виде львиных лап, со старинным краном в виде львиной головы. Все это навевало смутное смущение, как будто подглядываешь за чем-то, что не совсем прилично. Голые стены вокруг, никаких занавесок, только тумбочка со стеклянными полочками, видимо для шампуней, да горлышко бутылки, что выглядывает из-за львиной лапы. Я прошел к ванной, присел на ее край – и опять провалился в ощущения давно покинутого места…
- Опять… Я все же ванна, а не сиденье… Сейчас начнется: шампанское ведрами, голые ноги, зады… Плеск… Как я не люблю эти пузырьки от шампанского, так и щекочут внутри. Девки эти визжащие, идиот пьяный… - Раздается журчание льющейся жидкости, смех, крики… Встаю… делаю шаг к двери – и замираю. На полу, на плитке – пятно… Странной формы…
- Нет! – Но поздно, я уже стою на нем…
- Тук… Тук… Тук… тук… ту….. Вот и все.. последняя капля, еще вытолкнутая сердцем – это я. Капаю. В общую лужу. Говорят, что я буду счастливой – мне дадут переродиться в чьем-то новом теле – но я не верю. Моя хозяйка была на редкость недоверчива. Ни во что не верила – видимо, это передается. Мне осталось недолго – еще немного – и я остыну вместе со всеми другими каплями… Нас сфотографируют, высохшие, сморщенные прошедшими часами, хозяйку унесут в морг – я знаю, видела. Ходили как-то с ней опознавать – она очень плакала, звала того мужчину, потом ей стало плохо… Теперь уже все равно – пьяные ночи позади, скоростные забеги по венам и артериям во время ЭТОГО прошли, теперь – жду половую тряпку. Кап… Все…
Испуганно отшатываюсь – бьет дрожь, боль…
- Я же говорил – стой… Ну да ладно – вроде обошлось, не затянуло… Пошли отсюда – хватит уже стоять…
Выхожу. По паркету – чуть не бегом, не останавливаясь – страшно, затянет их писк.
- В холл не ходи.. Там ни черта интересного… Давай в спальню, что ли…
Первая дверь, вторая… Спальня… Открываю дверь и застываю в проеме от обилия избитых клише… Огромная кровать с балдахином, атласные покрывала, столик для макияжа как в гримерной – зеркала завешены белыми простынями… Маленький пуфик, на котором так и ждешь лежащую болонку, что сейчас тявкая бросится на вторгнувшегося сюда незнакомца, окно за толстой портьерой с золотыми кистями. Присаживаюсь на постель, уже ожидая рассказа – но ничего не слышу… Вдруг – резко:
- Ну, что расселся? Выведывать пришел, смотреть, искать? Не скажу. Ни о любви не скажу, ни о сексе. Ничего не скажу – это не честно. Что, тоже полезешь искать презервативы под матрацем и под подушкой, будешь копаться, ища следы?
- Я нe ищу ничего... Я видел кровь...
- Bидeл? Что ты видел? Что ты можешь знать? О ней, о ее любви? О том, как она плакала и стонала под ним в первый раз, как клялась не забывать и заклинала не оставлять, a пoтoм, кoгдa oн зaбыл ee - плaкaлa и cтoнaлa пoд дpyгими, зовя eгo? Haзывaя иx eгo именeм? Этo ты xoчeшь знaть? Boн!!! Boн oтcюдa! Ктo ты? Чтo ты мoжeшь знaть o любви, o ee любви? O ee мyчeнияx? Boн!
Пытaюcь вcкoчить, pвy вцeпившyюcя в нoги и pyки бaxpoмy пoкpывaлa, cпoтыкaюcь, пaдaю нa cтoлик пepeд зepкaлoм, зaцeпив и coрвав простыни c зepкaл. Mнe cтpaшнo...
Cижy нa пyфикe, cмoтpю в зepкaлo и вижy милoe, измyчeннoe жeнcкoe лицo, нa кoтopoм глаза занимают больше места, чем дано им природой. Они затягивают в себя, молят о чем-то, просят не дать чему-то произойти.
- Видел и прошел... Все видел? Принял ли… Да уже и не важно – время свое взяло. Никого не осталось, и ничего больше нет – только призраки старой любви бродят по этой Квартире, что стала музеем... Мне уже ничего не нужно, может только... Нет, не сочувствия… Его не хочу... Наверное, понимания, что проходит все, кроме того, что мы готовы забыть. Если бы могла подарить забвению – все стало бы иначе, но не смогла. Судьбу не скинешь с плеча – она сидит там крепко, как сама судьба… Каламбур, наверное... прости, что так вышло – ты попал сюда не в лучший момент, слишком много всего сплелось здесь в тугой комок, и ни мне, ни самой судьбе его уже не разрубить, ведь сама она его и сплела.. Иди, тебя ждут. Ты зря сбежал в этот отпуск – сбежать – не решение. Иди и решай, тебе пора, тебя ждут. И помни все, что дорого, не старайся забыть – забвение – это все же смерть... Иди...

После ни врачи, ни приехавшая вскоре полиция так и не смогли объяснить, откуда взялся и как сработал тот заряд электричества, что свалил меня прямо перед стойкой старика-билетера. Были смутные предположения о мокрой одежде и не выключенном из розетки магнитофоне, что, однако, ничем не было доказано. Старик-билетер лишь криво ухмылялся и говорил, что ничего не понимает, и лишь его голос был мне странно знаком.

Вернулся из Питера. По дороге читал, однако соседи по купе мне отомстили: подняли в 6 утра. Я вообще восторгаюсь людьми, которые способны подняться в 6 утра и начать день с рассказа о том, как их в армии будил сержант и что они ему говорили, при этом повторяя и смакуя все интонации как сержанта, так и свои собственные. Моя восторженость этими людьми в такие моменты достигает просто неимоверных высот - у меня даже погибает последняя капля здорового пессимизма и мне хочется очень оптимистично спрогнозировать катастрофу, в которой безвестно сгинут такие милые люди вместе с пресловутым сержантом. Тот рассказ, который снился мне сегодня ночью был этим сержантом растоптан, а людьми, о сержанте рассказывающими - полит свежей кровью. Вобщем, сижу, мучаюсь недосыпом и нелюбовью к сержантам, пью кофе и думаю, что пора-бы браться и за работу.

...с удовольствием смотрел рекламу. http://www.buntwaesche.com/ - крайне рекомендую посмотреть в разделе архива гороскопы (вернее их "заставки").

Познакомился с хозяйкой этой айдженси в поезде Москва-Питер, километрах в 80 за Бологое, где у нашего поезда сломался локомотив и бедная группа немецких туристов, не привыкшая к подобным казусам и не имевшая при себе хоть кого-то, кто говорит на русском, чуть не порвала меня на кусочки узнав, что я говорю на обоих языках. Потом было пиво в течении 2-х часов в прокуренном тамбуре, интереснейшая беседа о смысле жизни, прогулка по Питеру ночью, 2-е пьяных подростков у Смольного, которые вышагивали перед коваными воротами и своими хохочущими подружками, вытянув руку в приветствии "Фюрера" и взывавшие к нему на ломаном немецком, жуткий стыд за это у меня и полное непонимание того - как так?! почему?!...

Турецкий кофе со специями в Шведском переулке (Софьи Перовской), обьяснения на жутчайшей смеси - английский у нее (для всех), немецкий у нас, родственное ощущение мира и непонятие того, что границы есть. Какие, нафиг, границы? Чьи? Только те, что строят люди сами между лесами из рук голосующих "за" и против". Между родителями и детьми, между государством и обществом, между мужчинами и женщинами... Господи, что за бред мы несли местами - но сколь мало надо говорить, когда понимаешь, что сказать-то особо нечего - все и так понятно. Странное ощущение... Может, опишу еще.

"Просто так люди не встречаются" - основной вердикт ночи.

Прогулка к гостинице "Охтинская" мимо дома, в котором родился и разговор на языке, о котором тогда еще не подозревал, двор, в котором играл в "войнушку" и не хотел быть "фашистом" - а теперь плавный разговор на языке, который считался "проклятым" и "лающим". Разговор обо всем - в том числе о детских обидах и потерях, о найденом и обретенном... Скомканое "пока" - ведь уже поздно, успеть "под мосты" - и домой. Спать. Осмыслять начнем поззже...

[Начало]

Я ведь королева и... (проза)

--------------------------------------------------------------------------------

"Захочу пойду налево,
а захочу пойду направо,
я ведь королева
и имею право
на любой ход"
(песенка)

Не налево и не направо,я поднимаюсь вверх по лестнице.
Каблучки,не пожелавшие дожидаться лифта, отсчитывают ступеньки с весёлым стуком.
Я иду к тебе.
Вернее,пришла.Пальчик, чуть вздрагивая, нажимает на кнопку звонка.
За дверью тихо.Но я знаю,что ты дома и,что ты знаешь,что это пришла я.
Наконец щёлкает замок и дверь распахивается.
- Пришла.Ну проходи.
Маленькая темная прихожая неожиданно кончается большой светлой комнатой.
Почти никакой мебели,даже на окнах нет гардин.
- Ты присаживайся, а я занят немножко,нужно кое-что доделать.
- Но ты сам сказал "приходи",вот я и пришла.
- Ты мне не мешаешь.
Не мешаю.И уже от одного этого я должна быть счастлива?
Ушёл в другую комнату.Тишина. Ищу куда можно присесть.
А вот и трон.
Прямо в центре комнаты стоит деревянный стул с прямой высокой спинкой и подлокотниками.
Сажусь как положено королеве.Руки на коленях, спина прямая, позвоничник не касается спинки стула.
Ужасно неудобно и долго я так не выдержу, но терплю.
Ты на секунду выглядываешь из другой комнаты чтобы убедиться,что я волшебным образом никуда не исчезла,улыбаешься и посылаешь воздушный поцелуй.
Снова тишина.Несколько минут каждый занят своим делом. Ты - работаешь,а я пытаюсь сохранить образ королевы.
Твой голос из той комнаты раздаётся совершенно неожиданно:
- Ты хотела мне что-то сказать?
Я боюсь,что ты меня не услышишь и поэтому кричу:
- Да! Я люблю тебя!
И с этими словами я всем телом несколько подаюсь вперёд.
Прямо подо мной раздаётся треск и мой трон рушиться.
Сижу на полу среди обломков с выпученными от неожиданности глазами.
А ты стоишь в проёме двери,смотришь на меня и смеёшься.
И впервые я замечаю,что в твоих глазах нет иронии.
[Конец]






Не король...

--------------------------------------------------------------------------------

Занят... Делом, конечно... Как всегда – им занят. Не важно каким – главное, что-бы не мешали... Ищется очередное решение несуществующего бреда. Кажется, звонили в дверь... На цыпочках - к глазку...
А, черт... Сердцем по ребрам, как молотом – забыл, забыл, забыл...
Сегодня День Приема Королевы. Вот ведь – даже комнату к празднику приготовил – а забыл. Ведь народу тысячи и шанс, что зайдет ко мне равен 0,00000... чему-то там... Черт, ну почему сегодня? Кто вообще придумал эти праздники? И главный вопрос: что теперь делать? Никогда не интересовался конфами о Празднике, шансов-то нет...
В этот момент доходит, что это правда. Вот она, Королева, сегодня – Ее день и Она пришла ко мне! И у меня все готово к тому, что-бы она пришла – но я НАПРОЧЬ не знаю, что теперь делать... Это тебе не девочка из бара – это Королева и ее нужно как-то встречать.
Вобще-то, описания Комнат для Королевы знает каждый – циркуляры читаем регулярно, регламент там есть: «В День Приема Королевы каждый одинокий мужчина должен быть готов к Ее приему. Регламентированное пространство в минимум 11 м/2 должно быть освобождено от грязного белья, объедков и бутылок из-под пива, а так-же от всего того, что может оскорбить взор Королевы...» и т.д.
А Она все стоит и почему-то не уходит...
Так...
План есть, только-бы не обиделась.
Открываю дверь:
- Пришла. Ну проходи...
Отступаю чуть в сторону, так, что-бы бутылки, вытащенные грудой из комнаты не попались на глаза, что-бы проход был только в одну сторону – к двери Комнаты для Королевы. И тут – самый ответственный момент: сказать следующую фразу так, что-бы была естественной, как будто так и надо, не дать от волнения «петуха»:
- Ты присаживайся, а я занят немножко,нужно кое-что доделать.
- Но ты сам сказал "приходи", вот я и пришла.
Вот это для меня новость – как холодной волной. Господи, когда я ее звал? А вдруг это не Она? Как так – звал? «Прям так и сказал – «приходи»» чуть не сказал вслух – но сдержался. Нет, я не дам себя с толку сбить. Сегодня – явно мой день, у меня в доме Королева и я не дам всему вот так вот просто рухнуть от глупой фразы.
- Ты мне не мешаешь... - говорю я как можно спокойнее...
Мне просто необходимо это время, что-бы успеть прочесть то, что надо делать для Королевы в Ее День. Она здесь и я не имею права Ее отпустить, это мой шанс! А мне повезло вдвойне: она невообразимо красива, что я заметил лишь сейчас. Хорошо, что снял гардины – грязные были и света было-бы меньше...
Деланно-небрежно разворачиваюсь и ухожу – до сих пор чрезмерное внимание к дамам не приводило ни к чему хорошему. А это Королева – может, я Ее так и взбешу, но Она явно умна и в меру стервозна: либо поймет, что я не со зла, либо захочет отомстить и все-равно не уйдет. Терять мне нечего – второго такого шанса не будет, а я должен успеть прочесть, что с Ней делать. Выхожу, оставляя ее наедине с тем, что есть в комнате... А есть там не много – Трон. Для нее делал – все, как и стояло в газете... Ну почему я никогда не читал дальше Регламента? Хорошо, что комп работает и сеть под рукой.
В Комнате Королевы тихо и вдруг меня прошибает холодный пот: ведь это Королева! А если Ее уже нет? Она, вроде, может вот так... просто пропасть. Не выдерживаю, отрываюсь от странички поиска и заглядываю в Комнату – уффф... Нет, не пропала – тут. Понимаю, что глупо, улыбаюсь, делаю маразматически-пошлое движение губами – как поцелуй.. Ой, не спугнуть-бы.
К поисковику – читать. Времени – в обрез, долго не прождет. Где я видел эти глаза? Что за фраза о «позвал»? Не важно... Поисковик выдает результаты – сдуру ввел просто День Королевы. Более 5000 – ура. Все не прочту. Укорачиваю возможности нахождения Городом, Временем, Днем.
Глаза... Где я их видел? И слова... Те немалые, что уже произнесены чем-то меня тревожат. Знаю ведь, слышал... Или читал? Стоп... Давай так: кого я звал? С кем разговаривал в последнее время? Что-то ведь было, какой-то разговор «на грани»... Поиск по «хистори» - вот решение. Результаты грузятся, ограничиваю, ограничиваю, ограничиваю... Вот оно - слово «приходи». ОНА??? Но откуда я мог знать??? Как? Почему я? Мы ведь даже не успели толком понять...
Время... Сумбур в голове. Я был с ней «там» столь откровенен. Я говорил то, что думал и знал – зная, что это сеть. Придется платить за то, что сказано. Ведь покарает... Но я не знал, что она – Королева! Все. Вот теперь времени нет. Вдох – и:
- Ты хотела мне что-то сказать?
Ритм сердца – ничего более. Я не смог посмотреть ей в глаза – даже не прошел в Ее Комнату. Секунды размазываются по квартире, как каша... Крик:
- Да! Я люблю тебя!
Грохот! Удар! Как землетрясение – срываюсь, вбегаю в комнату... Черт... Гвозди я никогда не умел заколачивать – Ее Трон не выдержал ее порыва. Но Она цела, здесь. Моя. Только моя – все сказано.
Осознаю – и впервые за долгие годы смеюсь – честно, открыто, понимая, что теперь – никуда она не уйдет, что смех мой достаточная для этого причина.

Первым делом за комп - тут-же появился старый знакомый с Германики и ошарашил написаной мной с год назад вещью... Перечитал ее - дай, думаю, сюда вывешу. Подредактирую - и вывешу. Что и сделаю сегодня.

Сижу, собственно говоря, ничего особенного не делаю. День странный - первый солнечный день за эту неделю, весь офис ползает уже слегка "на бровях" - кто-то со вчера опохмеляется, кто-то празднует чей-то день варения. Я не пошел - лень подниматься на 2-ой этаж. До дрожи в руках жду вечерней тренировки в бильярдной. Интересно, насколько важны все-же тактильные ощущения: совсем недавно взял в руки кий, научился держать его верно (или мне это кажется?) - а сейчас достаточно только его коснуться, что-бы чередой пробежали в голове картинки бильярдной, звук разбивающейся пирамиды, свет над столом с синим сукном. Зачем пишу - не знаю. Но пишу...

Напрочь непонятный вечер... Сижу, ничерта не хочется делать. Поперся утром на работу - впустую, как выяснилось, прогадил 7 часов за 3 минуты - грохнулась виртуалка. И зачем, спрашивается, я туда ходил?

http://foren.germany.ru/literat/t/1949808.html?Cat=&page=0&view=expanded&sb=5&vc=1#Post1949808

http://foren.germany.ru/literat/t/1976129.html?Cat=&page=0&view=expanded&sb=5

http://foren.germany.ru/literat/t/1927343.html?Cat=&page=1&view=expanded&sb=5

Опять - не потерять-бы...

Но... Ностальгия по времени страшнее, чем ностальгия по стране... Время не вернуть...

http://foren.germany.ru/arch/literat/f/1272895.html?Cat=&page=80.3666666666667&view=&sb=&vc=1

http://foren.germany.ru/arch/literat/f/1266040.html?Cat=&page=73.2333333333333&view=&sb=&vc=1

http://foren.germany.ru/arch/literat/f/1267581.html?Cat=&page=81.2666666666667&view=&sb=&vc=1

Все-же ничего не писал с 15-ти лет... А тут... И что меня растащило.....

Ехал в машине - пришла в голову мысль, вот пытаюсь понять - моя или где-то читал?

"В смутные времена иконы стоят ровно столько, сколько стоит дерево, на котором они нарисованы..."

Сижу... ПОНИМАЮ, что пива было мало. Продолжать его выпивание - уже никак - и сие обломно... Сильно... ПОтому - все еще сижу... Смотрю на монитор и понимаю, что мог-бы его разбить...